Встретились на перекрестке следователь, доктор и священник. Встретились молодой весной, красивой, яркой, сильной. Прохладно.
Перекресток, залитый очень ярким полуденным светом, обдуваемый сильным и холодным ветром, мирно лежит под чистым голубым небом, слегка смазанным блеклой акварелью облаков. К вечеру эта акварель стремится загустеть серым и синим преддождевым маслом. Будут тучи.
Ветер тянет к этому перекрестку запах живой воды, от ближайшей зеленой набережной, тянет и замешивает его с дыханием автомобилей, автобусов и пешеходов. Рисует тенью молодых каштанов и лип танец на юном салатовом газоне. Танец детский, танец трясущийся, волнующий, настоящий. Его почти слышно.
Машины, щурясь в ширине этого перекрестка, от яркой и дерзкой весны, все-все проснулись и живо блестят. Они ждали, чтобы нести в себе, нести в день, по дороге, настроение своих людей. Людей внутри.
Люди снаружи стоят на остановках, переходят проспект и шагают по тротуару. Придерживают воротники, шарфики и сумки с кепками, чтобы ветер не унес, балуясь, чтобы не оголил их и не нарушил привычно текущий ритм этого полудня.
Чистая плитка лежит себе спокойно. Асфальт, вылизанный теплыми и холодными шинами, мечтает стать глянцем. Трамвайные рельсы дрожат воздухом над собой, волшебно так, и спокойно, чтобы трамваи тащили в себе много много людей, и много всего интересного, разного, отдельного, но общим скопом жизней. В своем совсем другом «внутри», не как у машин. Некоторые люди из этого «внутри» трамваев завидуют «внутри» вон тех машин, а машины, завидуют вместительности и богатству содержания трамваев и автобусов.
Один из этих автобусов, между прочим, очень сильно и безнадежно влюблен в трамваиху. Ходят рядом они всего километр, на этом отрезке, и если в этом километре есть и она и он, хотя бы один раз в день, то день пройден не зря. Возможно, все это от того, что водитель автобуса, поглядывает на женщину управляющую трамваем. Чувствуют.
Особенно молодая весна. Была бы она и безрассуднее, и человечнее, столкнула бы две эти не пересекающиеся параллели маршрутов, на перекрестке, и мы бы увидели, что из этого выйдет, кроме людей не доехавших до своей остановки. Любовь, что тут скажешь, может творить чудеса. Учавствовала любовь и в создании этих дорог и улиц, этого перекрестка. Участвовала жизнями людей, в которых она обязательно присутствует, стелющих асфальт и мостивших плитку.
Следователь, священник и доктор, не несли сегодня в себе любовь и весну, они несли лишь структуру, намертво встроенную в себе. Встретились, видели друг друга, но они даже не знакомы, и уже отошли далеко от этого перекрестка. Да и не при чем они здесь, разве что любовь их жизни, любовь к ним, этой весной и этим перекрестком, сложенным в моем любимом городе, моей любимой весной, в Бельтайн, на пути света.