Из студии в холл, проникая сквозь дверной проем и ушные раковины, звучит «Ave Maria», звучит, сопровождая ее выход. Она идет уверенно.
Яркий свет ударил ей в лицо, а музыка заметно усилилась заполняя пространство даже внутри. Мурашки.
— Здравствуйте, дорогие друзья, сегодня, как я вам и обещал, у нас в гостях… — встретил ведущий, резко выбрасывая руки в ее сторону, не называя имени.
Загремели аплодисменты, запланированно, прерывая речь ведущего. Овации ударили ей в грудь и лицо. Она скромно помахала рукой и приложила ее к груди, улыбаясь кивнула, и прошла к своему креслу.
Прямо и спокойно глядя на ведущего она комфортно устроилась в нем. Мужчина заговорил.
— Перед нами человек известный…
— Женщина! — перебила она, спокойно, но подчеркнуто.
— Да, конечно, Женщина! Основательница евразийской академии изучения генетики «Macrame», провокаторка, скандалистка… но известная не только своим асоциальным поведением, всеобщая наша любимица, с вашего позволения, Мария Забигулина!
— Здравствуйте, Олег Васильевич.
— Да, и ваш покорный слуга, выдра в шкуре начинающего журналиста, Олег Калашников.
— То есть вы, считаете, что женщина не человек?
— Подождите, подождите, Мария, с чего… откуда такие выводы? Мы вообще не с того начинаем!
— Я вас поправила, когда вы сказали «человек» представляя меня, и вы тут же согласились. Вы на всё так соглашаетесь? Я, между прочим, девушка!
— Я…
— Кстати, отдельное спасибо за выбор в пользу Димаша, мне нравится, как он исполнеят Аве Марию. Без слов и сразу понятно о чем. Чувствуется такая сила, любовь. Правда? Вы чувствуете, Олег Васильевич?
— Да... я должен объяснить нашим зрителям, одним из обязательных условий нашей встречи была именно «Ave Maria», для выхода Марии в студию. Вы как боец выходящий на ринг, под любимую песню, но это не студия для дебатов…
— А это не моя любимая песня!
— Справедливо. А что тогда? Вы намекаете нам на свою святость?
— Как вы себе это представляете? Святой апостол, подмигивает одним глазком с плаката, намекая о том, что уже достиг?! Так вы это видите? Если хотите привести песню к «чувствам верующих», то я счастлива, что у верующих и, вообще, у людей, есть хоть какие-то чувства, а оскорбиться или нет, всегда будет личным выбором каждого. Всегда, а выбор я очень уважаю.
— Прекрасно! С вами очень интересно, Мария! Однако...
— Спасибо, Олег Васильевич, — снова перебила она, — Между прочим, прекрасная студия! Очень просторно и здесь хороший звук. Даже без микрофонов мы могли бы беседовать, почти как на театральной сцене. Мне нравится!
Ведущий сделал паузу, улыбаясь и глядя на гостью, пытаясь мысленно вернуться к запланированному и прислушиваясь к подсказкам.
Мария поняла и, только для него заметно, одобряюще кивнула. Поднялась, еще затягивая паузу специально для него, выпрямилась высоко поднимая руки над головой и поклонилась публике, изображая театральный поклон. Зрители снова взорвались криками и аплодисментами.
Ведущий поблагодарил Марию и они долго беседовали в теплой дружеской обстановке, о генах.
А «Ave Maria» до сих пор играет где-то в закоулках памяти, трогая сердце. Слышишь? Играет же.