— Что у тебя болит, сыночек, ножка? Отдохни. Дай посмотрю.
— Ничего не болит, мамуль, я уже умер.
Никого нет. Диалог в голове может уместить кого и что угодно, любые события и взаимодействия между людьми, пусть и воображаемыми. В голове они не менее живые, в них есть чувства, характер, есть переживания, но это не по-настоящему, этих людей и диалогов нет. Ведь нет? Но они есть, случаются, и довольно часто. А иногда мы перестаем их замечать, в собственной голове, но продолжаем испытывать эмоции, переживать, и вот тогда сказать что этого нет, что это вымысел, уже невозможно. Несуществующее становится реальнее чем жизнь, чем мир вокруг. Мы перестаем замечать и его, мир вокруг нас, вслед за миров внутри.
В голове мужчины или женщины, юного или взрослого человека, эти диалоги есть, и они заканчиваются. Закончился и этот, как любой внутренний диалог, чтобы освободить, например, от боли.
Иногда через боль быстрее.
Падение без парашюта и даже зонтика, гарантирует положительный исход, везде и всегда — это потеря того, что падало. Больно только в полете, в процессе, когда разбился уже не чувствуешь боли, уже нет никаких причин и следствий. После смерти нет всего того, что страдало. Только небо и горы, перед болью, а после есть ты, здоровый и свободный. Умирают либо страдания в тебе, либо ты, страдая. Иногда нас так заполняет, и нашу голову, и грудь, что это всё и есть мы. И есть я. Тогда невозможно умереть не отказавшись от себя.
Только «смерть» освобождает?
Да. Смерть моделей и ролей. Смерть «строителя» и здания, которое могло выстраиваться годами. Смерть ложных образов, и неосознанного подобия. Ведь умирают не только люди, умирают стереотипы, умирает невежество, умирают все теории и науки, пока мы живы. Умирает всё, что болит. Умирает всё нездоровое. Умирает вся ложь.
Что из этого правда: боль телесная или душевная?
Одновременно и самая честная и самая лживая боль —> боль нашего тела. Она объективна, если сломал руку или в тебя воткнули нож — это очень больно, это правда. Очень много вариантов, как именно и что может болеть, настоящее разнообразие. В чем же тогда обман? Исцеление возможно. Физическая боль проходит, она исчезает. Как и не было ее. Страдания отступают, мы меняемся и забываем. У нас другое состояние, другая жизнь, другие мы сами. Как бы мы не стремились к боли, как бы не привыкали к ней, она не вечна. Боль нашего тела не вечна. Как минимум (и как максимум) она закончится вместе с физическим воплощением. Боли тела просто нет за его рамками.
Боль душевную можно просто не заметить, как те самые собственные мысли и диалоги в голове, в отличии от боли физической. Отстраниться, так и ходить, страдая, и калечить себя изнутри. Эта боль требует гораздо большего внимания к исцелению. Она требует осознания. Невидимая боль может длится вечно. Да, некоторые раны никогда не заживают, они остаются навсегда, но они не болят, как может болеть голова или живот. Эту боль сначала нужно отыскать, распознать в себе, принять, открыться, тогда рана перестает быть раной, а боль становится силой. Стремительно. Неумолимо. В этом парадокс боли душевной.
Физическое выздоровление, пусть и на виду, требует терпения, времени и темноты, а выздоровление душевное требует стремления и света, света собственного сознания.
У тебя болит что-нибудь? Если просто погрузиться в тело, погрузиться в себя, что-то болит? Может это стало привычкой. Для чего боль? Если она есть. Физическая боль всегда даст о себе знать, сама, даже когда ты этого не хочешь и не ждешь. Но и ждать этого не надо, об отсутствии физической боли, о физическом здоровье, необходимо позаботиться заранее. Для исцеления душевного, нужно быть в том самом моменте, прямо сейчас, всё дальше и дальше.
Они, во многом, зеркальны, эти боли, и эти здоровья. Душевная боль часто отражается на физическом состоянии, а физическая, на душевном. От боли даже умирают, «умираю от боли!» но, пока мы чувствуем, мы живы. Физическая боль страшна, мы боимся и избегаем ее, особенно, если сталкивались раньше, но душевная, зачастую, может наностиь «непоправимый ущерб», пусть его и не видно физически. Исцеление находится именно там, там где мы можем чувствовать, найти и почувствовать боль.
Душа может говорить, и достаточно громко, но к тишине, к молчанию и любви мы способно только когда у нас не болит. В здоровом теле здоровый дух? Совершенно не факт. Даже и близко не так. Сильно проще сбежать в тело, в его форму и вид, нежели заглядывать в душу. Сильный дух дает физическую силу и здоровье? Как основа, но совершенно не факт. Они связаны, безусловно. Стопроцентно. Неоспоримо. Но это не одно и то же.
И там и там мы можем быть здоровы и свободны от боли, просто иногда, для этого, необходимо умереть. Да, перед смертью, как и перед исцелением, бывает очень больно.